Вы здесь

Атошник: «Вместо реабилитации я хожу из Собеса в военкомат и обратно»

2 Ноября, 2018 Владислав Абрамов

Некоторым ветеранам курс реабилитации дается кровью и потом. Чтобы получить путевку, приходится обивать пороги кабинетов.

 «Я уже два года без реабилитации. Получил ранение под Иловайском. Мы были в окружении, без медикаментов, и рука начала отмирать. Наверное, только чудом мне удалось избежать ампутации, но у меня практически нет сустава. Каждую осень болезнь дает о себе знать – болями, судорогами. В 2015–2016-м мне помогали с лечением в санатории волонтеры, я ездил в Польшу. Но сейчас не хочу их об этом просить. Есть парни, которых ранило недавно, для которых это важнее, – рассказывает житель Бердянска, бывший боец батальона «Донбасс»Александр Печников. – По закону мне раз в год положена путевка на оздоровление. Я пришел в Собес, но меня отправили в военкомат. Там сказали, что «Донбасс» относится к Нацгвардии, что это не их вопрос. И я стал ходить из кабинета в кабинет».

В итоге Александр прошел медкомиссию в Запорожском областном госпитале МВД. По его словам, врачи решили, что в октябре атошник должен поехать в санаторий, расположенный в Хмельнике Винницкой области.

«Но месяц закончился, а мне никто не позвонил, не сказал, что пора ехать на оздоровление. Я опять обзваниваю все инстанции. И не могу передать словами, как это все отвратительно. Чувствуешь себя так, как будто об тебя ноги вытерли, – закипает Александр. – Когда я пошел воевать, у нас в батальоне даже зарплат не было. Я оставил бизнес, жену и двоих детей. И я ничего не просил бы у государства, если бы рука так не болела… Но сейчас даже рука не главное. Я не хочу мириться с такой позицией чиновников».

«Это не к нам»

По словам Александра, у его побратимов таких трудностей с оздоровлением нет (впрочем, в его городе нет ветеранов с таким серьезным ранением). Он предполагает, что проблемы могут быть из-за того, что он активист и часто критикует местную власть. Александр Печников был близким другом и соратником активиста из Бердянска Виталия «Сармата» Олешко (убит 31 июля этого года).

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: Подозреваемый в убийстве Сармата болен шизофренией

«Мне намекают, по какой причине не дают путевку. У меня есть даже запись телефонного разговора с депутатом, которая прямо говорит: «Вы занимаетесь такими делами, которые не всем нравятся», – признается атошник. – Я направил запросы в военкомат, в Собес, в госпиталь. Подаю в суд и буду выяснять, что происходит. Потребую не только лечения, но и компенсации за моральный ущерб».

 «КРАПКА» решила позвонить в соцслужбы Бердяска и узнать, что же происходит. Начальник управления труда и соцзащиты Наталья Токмань сообщила нам, что знает об этой истории. Впрочем, ее видение ситуации заметно отличается от изложенного Александром Печниковым.

Она сказала:

– Мы давали Печникову путевку. Он отказался.

Можете уточнить, о какой именно путевке идет речь?

– Мы предлагали ему поехать на психологическую реабилитацию.

Но ему же руку надо лечить?!

– Тогда это не к нам, это в «здравоохранение».

Она пообещала помочь нам с контактами чиновников из Горздрава, но так и не перезвонили. Поэтому мы решили продублировать запросы атошника во все инстанции, отвечающие за реабилитацию, и разобраться в этой истории.

«Чиновники не умеют объяснять»

Ветераны и волонтеры, с которыми «КРАПКА» обсудила этот случай, говорят, что, скорее всего, проблема не в борьбе чиновников с активистом, а в непрофессионализме украинских соцработников.

 «Такие проблемы единичны, нельзя говорить об общей «зраде». Обычно всем звонят, предлагают путевки, отправляют детей в санатории. Бывает, военные не совсем правильно понимают, что нужно делать, или возникает проблема с документами. Но все достаточно быстро решают с помощью волонтеров», – заметил руководитель проекта волонтеров «Народный проект» (People’s Project) Максим Рябоконь.

А глава Товарищества ветеранов АТО Кирилл Сергеев добавил:

 «Можно предположить, что эта ситуация пример халатного отношения чиновников. Проблема могла возникнуть из-за какого-то нюанса, которого боец не заметил, а соцработники его не объяснили как следует. Многие украинские чиновники просто не хотят или не умеют объяснять. Уровень профессионализма очень разный даже в одном кабинете. Сидят две девочки: одна рассказывает доходчиво, а другая так, что ничего не понятно. Система медицинской реабилитации непростая. В ней одновременно задействованы три службы: структуры Минобороны, Миздрава и соцзащиты. Волонтерские организации пытаются наладить систему единого центра, но существует проблема в законодательстве. К тому же задействовано очень много служб, и, как их объединить, непонятно».

 

 

 

 

Категория: